Сотни миллионов звёздных систем, составляющих Млечный Путь, и миллиарды галактик за его пределами обычно воспринимаются как части единого космоса. Всё, что возникло после Большого взрыва 14 миллиардов лет назад, продолжает расширяться, словно ткань пространства-времени — это огромное единое целое. Однако не все учёные согласны с таким взглядом. Некоторые предполагают, что Вселенная может быть разделена на отдельные области, которые со временем разлетятся настолько далеко друг от друга, что разорвут на части все известные структуры — от планет до атомов. Этот сценарий получил название «теории Большого разрыва», пишет Popular Mechanics.
![]()
Фото из открытых источников / © GigaChat
Учёные Диего Кастильо и Фернандо Мендес из Университета Сантьяго в Чили построили математическую модель, где Вселенная делится на две области, подчиняющиеся законам квантовой гравитации. Для этого они применили обобщённый принцип неопределённости (GUP), который предполагает существование минимальной длины, ниже которой измерения невозможны.
«Деформация GUP обеспечивает связь между двумя космологическими областями. На поздних этапах это приводит к сверхускоренной эволюции и поведению, характерному для Большого разрыва», — отмечают исследователи.
В их модели при положительных параметрах деформации обе области ускоренно расширяются, что ведёт к разрыву пространства-времени. При отрицательных значениях одна область сжимается, другая замирает. Однако для реализации такого сценария в одной из областей не должно быть космологической постоянной или начального импульса.
«Мы [изучили], как это взаимодействие влияет на динамику расширения. Результаты показывают, что при положительных значениях параметра деформации взаимодействие приводит к ускорению, которое в конечном итоге приводит к сингулярности Большого разрыва, даже при отсутствии космологической постоянной».
Учёные подчёркивают, их расчёты пока не учитывают влияние материи, которая может изменить поведение модели. В будущем они планируют включить этот фактор. Пока же теория Большого разрыва остаётся гипотезой, но она заставляет по-новому взглянуть на судьбу космоса.
