Если ученые когда-нибудь победят рак, деменцию и сердечно-сосудистые заболевания, станет ли человечество бессмертным? Группа исследователей из Сколковского института науки и технологий дает однозначный ответ: нет. Даже в стерильных лабораторных условиях без единого возрастного недуга наш вид упирается в жесткий математический потолок — примерно 150–190 лет, пишет ScienceAlert.
![]()
Фото из открытых источников / © GigaChat
Секрет кроется не в здоровом образе жизни или генах долгожителей, а в базовой механике наших клеток. Каждый раз, когда клетка делится для обновления тканей, копировальный аппарат ДНК допускает микроскопические ошибки. Наш организм блестяще справляется с ремонтом этого генетического кода, но работает он не идеально. Со временем случайные мутации накапливаются в так называемых постмитотических клетках — тех, что почти не обновляются. Речь идет о нейронах мозга и кардиомиоцитах сердца. Когда критическая масса этих ошибок достигает предела, клетки просто теряют способность функционировать.
«Мы представляем надежную основу для оценки влияния соматических мутаций на старение и предлагаем новый подход к моделированию старения», — пишут авторы исследования Дмитрий Крюков и его коллеги в журнале npj Aging.
По их расчетам, медианная продолжительность жизни человека при полной победе над болезнями составит около 156 лет. Отдельные везунчики теоретически могут дотянуть до 194 лет, но перешагнуть этот порог биологический калькулятор не позволит.
«Это математическая оценка (хотя и осторожная), а не экспериментальные данные», — уточняет Крюков.
При этом сами исследователи подчеркивают: эти цифры — не приговор, а лишь верхняя граница того, что позволяют текущие механизмы репарации ДНК.
Биологические часы начали тикать задолго до появления современной медицины. Еще в 1961 году анатом Леонард Хейфлик обнаружил предел деления человеческих клеток — фибробласты способны поделиться всего 50–52 раза. Это ограничение связано с теломерами — защитными колпачками на концах хромосом, которые укорачиваются при каждом делении. Когда они исчезают, клетка запускает программу самоуничтожения. Эволюция намеренно отключила фермент теломеразу в большинстве наших клеток: это защищает от рака, но закрывает дверь к бессмертию. Кстати, вероятность дожить до 125 лет сегодня составляет менее 0,01%, а подтвержденный рекорд долголетия принадлежит Жанне Кальман, скончавшейся в возрасте 122 лет.
***
Ученые признают, что накопление мутаций — лишь часть проблемы. Если бы только они определяли срок нашей жизни, люди жили бы значительно дольше нынешних средних 79 лет. Старение остается многогранным процессом, где переплетаются гормональные сдвиги, износ сосудов и системное воспаление. Однако работа российских специалистов предлагает четкую систему координат. Теперь биологам понятно, какую долю ответственности за увядание несет именно генетический шум. В конечном итоге понимание этих механизмов поможет не столько достичь вечной молодости, сколько сделать последние десятилетия жизни по-настоящему здоровыми. Природа встроила в нас ограничитель не из вредности — она выбрала баланс между безопасностью организма и способностью к регенерации.
